Она просыпается каждое утро с чистым листом в голове. Не помнит, как зовут её спутников, не помнит, какой бой был вчера, не помнит, зачем они вообще идут через этот проклятый лес. Единственное, что остаётся неизменным — это ощущение тепла, разливающегося в груди, и тихий голос внутри, который шепчет, что она должна защищать. Её зовут Селеста, и она святая дева, избранная для борьбы с порождениями тьмы. Проблема в том, что её божественная сила, не сдерживаемая памятью и волей, выплёскивается наружу хаотично и бесконтрольно. Она может случайно исцелить врага, приняв его за друга, или одним неосторожным жестом испепелить целый отряд союзников, если в этот момент ей покажется, что они угрожают её спутникам. Её сознание — это лоскутное одеяло из обрывков чужих фраз и случайных образов, и каждый новый день она вынуждена заново учиться доверять тем, кто клянётся ей в верности.
Её верные рыцари, привыкшие к её вспышкам и провалам в памяти, давно выработали ритуал: каждое утро они представляются заново, напоминают ей, кто она, и осторожно, шаг за шагом, ведут её к цели. Но чем глубже они заходят в земли, поражённые скверной, тем сильнее становится её сила и тем быстрее тают её воспоминания. Она начинает видеть сны, которые не могут принадлежать ей — чужие битвы, чужие смерти, чужую боль. В этих снах она не святая, а чудовище, которое уничтожало целые города, не помня себя. И когда в реальности перед ней появляется человек, который называет её настоящим именем, отличным от того, что дали ей рыцари, её мир рушится окончательно. Она не знает, кому верить: тем, кто заботится о ней сейчас, или тем, кто помнит её прошлое. Единственное, что она может делать — это идти вперёд, каждый раз рискуя уничтожить всё, что ей дорого, просто потому что она забыла, как контролировать собственную божественность.
